ШИННЫЙ БИЗНЕС «ТАТНЕФТИ» ПОЛУЧИЛ «ЗЕЛЕНУЮ ПОЧТУ»
Сегодня Арбитражный суд РТ начнет рассмотрение иска двух компаний-миноритариев, контролирующих 6,23% акций ОАО «Нижнекамскшина». Иностранные акционеры из фонда Vulpes Russian Opportunities Fund вместе с российским партнером «Мириад Рус» начали судебную войну против нижнекамской компании, предъявив ей два иска. В рассматриваемом сегодня судом заявлении они оспаривают размер вознаграждения, которое шинники платят управляющей компании «Татнефти», во втором иске пытаются оспорить продажу четырех компаний, входивших ранее в состав шинного холдинга. Эксперты «БИЗНЕС Online» не исключают, что истинной целью бизнесменов из оффшора может быть желание продать свой пакет акций по хорошей цене.
ГОСТИ С ОСТРОВОВ
Похоже, настоящая история в духе знаменитого голливудского сиквела «Уолл-Стрит: деньги не спят» с Майклом Дугласом в роли финансиста Гордона Гекко разворачивается в татарстанском арбитраже. Только если в фильме жертвой стал вымышленный инвестбанк «Келлер-Зэйбл», то в нашей реальности это место может занять один из ведущих отечественных шинных производителей – ОАО «Нижнекамскшина» (НКШ).
Последнее, как известно, входит в группу «Татнефти» (контрольный пакет «Шины» у ООО «Управляющая компания «Татнефть-Нефтехим», которое, в свою очередь, является 100-процентной «дочкой» нефтяной компании).
Война за прозрачность, в которую вступили два миноритария нижнекамского предприятия – московское ООО «Мириад Рус», владеющее всего… одной акцией «Нижнекамскшины», и загадочный гость с Каймановых островов – Vulpes Russian Opportunities Fund (VROF), претендует стать нерядовым судебным разбирательством. На пару с москвичами каймановцы владеют 6,23% уставного капитала или 4,9 млн. именных акций НКШ.
ОАО «Нижнекамскшина» и его управляющей компании «Татнефть-Нефтехим» предстоит отвечать на претензии миноритарных акционеров в Арбитражном суде РТ. Здесь стартуют сразу два судебных разбирательства.
Война за прозрачность, в которую вступили два миноритария нижнекамского предприятия – московское ООО «Мириад Рус», владеющее всего… одной акцией «Нижнекамскшины», и загадочный гость с Каймановых островов – Vulpes Russian Opportunities Fund (VROF), претендует стать нерядовым судебным разбирательством. На пару с москвичами каймановцы владеют 6,23% уставного капитала или 4,9 млн. именных акций НКШ.
ОАО «Нижнекамскшина» и его управляющей компании «Татнефть-Нефтехим» предстоит отвечать на претензии миноритарных акционеров в Арбитражном суде РТ. Здесь стартуют сразу два судебных разбирательства.
ЖЕМЧУГ ПОЧТИ ДАРОМ
В чем же заключаются претензии миноритариев? В одном из своих заявлений они требуют признать недействительным решение совета директоров «Нижнекамскшины» от 12 ноября прошлого года. По словам представителя истцов Елены Федоровой, тогда им был одобрен ряд сделок по отчуждению долей контролируемых НКШ предприятий.
Согласно раскрытию информации на корпоративном сайте, речь идет о продаже предприятием своей управляющей компании доли в 99% УК в ООО «НТЦ «Кама» (цена сделки составила 99 тыс. рублей или 0,002% от стоимости активов НКШ, оцениваемых в 6,6 млрд. рублей), а также 99% УК ООО «Нижнекамский завод грузовых шин» (за 990 тыс. рублей – 0,02%), 50% УК ООО «Комбинат питания «Шинник» (5 тыс. рублей, 0,00008%) и 99% УК ООО «Соцкультбытобслуживание «Шинник» (99 тыс. рублей, 0,002%).
Если последние два предприятия имеют явно выраженный социальный характер, то ООО «Нижнекамский завод грузовых шин» является настоящей жемчужиной в числе шинных активов «Татнефти». Для общего понимания отметим, что завод грузовых шин был выведен из состава НКШ в третьем квартале 2011 года. В итоге выручка НКШ упала на 31% – с 12,9 млрд. рублей в первом полугодии 2011 года до 8,8 млрд. рублей в первом полугодии 2012 года.
Согласно раскрытию информации на корпоративном сайте, речь идет о продаже предприятием своей управляющей компании доли в 99% УК в ООО «НТЦ «Кама» (цена сделки составила 99 тыс. рублей или 0,002% от стоимости активов НКШ, оцениваемых в 6,6 млрд. рублей), а также 99% УК ООО «Нижнекамский завод грузовых шин» (за 990 тыс. рублей – 0,02%), 50% УК ООО «Комбинат питания «Шинник» (5 тыс. рублей, 0,00008%) и 99% УК ООО «Соцкультбытобслуживание «Шинник» (99 тыс. рублей, 0,002%).
Если последние два предприятия имеют явно выраженный социальный характер, то ООО «Нижнекамский завод грузовых шин» является настоящей жемчужиной в числе шинных активов «Татнефти». Для общего понимания отметим, что завод грузовых шин был выведен из состава НКШ в третьем квартале 2011 года. В итоге выручка НКШ упала на 31% – с 12,9 млрд. рублей в первом полугодии 2011 года до 8,8 млрд. рублей в первом полугодии 2012 года.
На суде представители миноритариев заявили, что не исключают, что мог быть нарушен порядок одобрения этих сделок с заинтересованностью: не все члены совета директоров могли участвовать в голосовании. Если они проголосовали, значит был нарушен кворум. В этом случае вопрос одобрения сделок должен был быть вынесен на общее собрание акционеров. Но его не созывали – тем самым нарушено публичное право всех акционеров. «Чем меньше имущества в акционерном обществе, тем акции дешевле», – обрисовала ситуацию Федорова.
Кроме того, совет директоров не утвердил рыночную стоимость проданных долей, хотя сделки между аффилированными лицами тоже регулируются, и их стоимость не должна отличаться от действительной. В большинстве случаев эта стоимость определяется с привлечением независимого оценщика: «Если, например, мы можем определить килограмм нефти – ее на рынке торгуют, то ООО никто не торгует. Поэтому у его долей нет рыночной стоимости. Ее может определить независимое лицо», – озвучила юрист ход рассуждений истца.
Предварительный анализ показал у нескольких обществ большие прибыли и большие движения по деньгам. «Мы можем только догадываться, какая на самом деле у них цена», – отметила она. Но вся информация – и это основная претензия миноритариев – скрывается.
Кроме того, совет директоров не утвердил рыночную стоимость проданных долей, хотя сделки между аффилированными лицами тоже регулируются, и их стоимость не должна отличаться от действительной. В большинстве случаев эта стоимость определяется с привлечением независимого оценщика: «Если, например, мы можем определить килограмм нефти – ее на рынке торгуют, то ООО никто не торгует. Поэтому у его долей нет рыночной стоимости. Ее может определить независимое лицо», – озвучила юрист ход рассуждений истца.
Предварительный анализ показал у нескольких обществ большие прибыли и большие движения по деньгам. «Мы можем только догадываться, какая на самом деле у них цена», – отметила она. Но вся информация – и это основная претензия миноритариев – скрывается.
«А ВЫ ДЕБИТОРКУ, КРЕДИТОРКУ И ЧИСТУЮ ПРИБЫЛЬ ПОСЧИТАЙТЕ»
Впрочем, «Нижнекамскшина» и ее управляющая компания не согласны с претензиями. Во-первых, по мнению представителя ответчика Александра Самойлова, у «Мириад Рус» точно нет никакого юридически значимого интереса в оспаривании сделок и решения совета директоров, так как у него всего одна акция. Почти что то же самое и с фондом – его 6% повлиять на результаты голосования никак не могли, отметил представитель ответчика. «Может, к нам присоединятся другие акционеры», – услышав это, то ли предположила, то ли пообещала Федорова.
По словам Самойлова, нельзя говорить, что эти упомянутые сделки убыточны для компании: «Из бухгалтерских балансов отчуждаемых обществ следует, что совокупная действительная стоимость чистых активов отчужденных долей гораздо ниже, чем номинальная, она вообще отрицательная». Так, у НТЦ «Кама» непокрытый убыток составлял 35,5 млн. рублей, у СБО «Шинник» – 12 млн. рублей. У Завода грузовых шин вообще минус на 163 миллиона. Комбинат питания – единственный, кто был в плюсе, перечислил он. Представитель ответчика подтвердил, что цену отчуждаемых долей определял совет директоров, но, согласно закону, она равнозначна рыночной – это стоимость чистых активов пропорционально доле.
По словам Самойлова, нельзя говорить, что эти упомянутые сделки убыточны для компании: «Из бухгалтерских балансов отчуждаемых обществ следует, что совокупная действительная стоимость чистых активов отчужденных долей гораздо ниже, чем номинальная, она вообще отрицательная». Так, у НТЦ «Кама» непокрытый убыток составлял 35,5 млн. рублей, у СБО «Шинник» – 12 млн. рублей. У Завода грузовых шин вообще минус на 163 миллиона. Комбинат питания – единственный, кто был в плюсе, перечислил он. Представитель ответчика подтвердил, что цену отчуждаемых долей определял совет директоров, но, согласно закону, она равнозначна рыночной – это стоимость чистых активов пропорционально доле.
По словам Самойлова, в споре миноритарии показали доходы компаний, но не назвали ни чистую прибыль, ни непокрытый убыток упомянутых обществ, ни дебиторскую и огромную кредиторскую задолженность. «Перед кем кредиторская задолженность – другими дочерними обществами? Это все группа компаний. И переход денег из одной в другую – просто перестановка мест в сумме слагаемых», – возражала представитель истцов.
Как бы то ни было, иски миноритариев уже заставили юристов «Нижнекамскшины» понервничать. Это было заметно на судебном заседании. Едва услышав начало фразы истца: «Если грамотно расходовать средства…», – его оппонент – юрист «Нижнекамскшины» – тут же подал реплику: «А грамотно расходовать кто будет? Вы станете управлять?!»
Чувствовалось, что для татарстанского холдинга, непривычного к подобным корпоративным конфликтам (похожий на ситуацию с НКШ случай произошел с «Камгэсэнергостроем»), либо имеющего неудачный опыт отстаивания своих интересов, как с Кременчугским НПЗ, судебное разбирательство – не из разряда приятных событий.
Как бы то ни было, иски миноритариев уже заставили юристов «Нижнекамскшины» понервничать. Это было заметно на судебном заседании. Едва услышав начало фразы истца: «Если грамотно расходовать средства…», – его оппонент – юрист «Нижнекамскшины» – тут же подал реплику: «А грамотно расходовать кто будет? Вы станете управлять?!»
Чувствовалось, что для татарстанского холдинга, непривычного к подобным корпоративным конфликтам (похожий на ситуацию с НКШ случай произошел с «Камгэсэнергостроем»), либо имеющего неудачный опыт отстаивания своих интересов, как с Кременчугским НПЗ, судебное разбирательство – не из разряда приятных событий.
УПРАВЛЯЮЩАЯ КОМПАНИЯ ОТКАЧАЛА СОТНИ МИЛЛИОНОВ?
Как стало известно газете «БИЗНЕС Online», другой иск миноритариев затрагивал не менее щекотливый вопрос, а именно размер выплачиваемого НКШ вознаграждения своей управляющей компании.
«Несмотря на низкую эффективность предприятия, УК «Татнефть-Нефтехим» получает необоснованно высокие гонорары. Так, в 2011 году при убытке «Нижнекамскшины» в 325 миллионов рублей вознаграждение УК составило 239,7 миллиона. В прошлом году управляющая компания получила вознаграждение в размере 295,44 миллиона рублей – эту сумму одобрил совет директоров НКШ без вынесения на собрание акционеров», – говорится в ответе «Мириад Рус» нашему изданию. Законность этих сделок они и оспаривают в татарстанском арбитраже.
«Несмотря на низкую эффективность предприятия, УК «Татнефть-Нефтехим» получает необоснованно высокие гонорары. Так, в 2011 году при убытке «Нижнекамскшины» в 325 миллионов рублей вознаграждение УК составило 239,7 миллиона. В прошлом году управляющая компания получила вознаграждение в размере 295,44 миллиона рублей – эту сумму одобрил совет директоров НКШ без вынесения на собрание акционеров», – говорится в ответе «Мириад Рус» нашему изданию. Законность этих сделок они и оспаривают в татарстанском арбитраже.
В целом, по их словам, миноритарные акционеры неоднократно выражали несогласие со стратегией собственника НКШ – ОАО «Татнефть». Они полагают, что управление заводом осуществляется неэффективно, так как для «Татнефти» «Нижнекамскшина» – это второстепенный бизнес. Вследствие этого действующие акционеры предприятия остаются без дивидендов – акции и капитализация завода фактически не имеют признаваемой рыночной стоимости.
В УК «Татнефть-Нефтехим» от комментариев на эту тему отказались. Источник, близкий к «Татнефти», сообщил газете «БИЗНЕС Online», что «эта скандальная история рассматривается на самом верху в компании. Параллельно идет напряженная подготовка к судебному процессу».
ДЕПОЗИТАРНЫЙ МАРАФОН
Что касается «Мириад Рус», то ее представители не скрывают, что, по сути, наняты, чтобы отстоять интересы VROF. Москвичи, судя по сайту компании, имеют опыт борьбы за права миноритариев. К слову сказать, в числе своих удач «Мириад» относит сделки с миноритарным пакетом акций двух татарстанских компаний – ОАО «Альметьевский трубный завод» (АЛНАС) и ОАО «Бугульминский электронасосный завод» (БЭНЗ). И вот новая работа в Татарстане.
«VROF – иностранный фонд, инвестирующий в прибыльные российские компании, – говорит Федорова о своих клиентах. – Для получения дивидендов он отслеживает в них ситуацию». Как сообщили «БИЗНЕС Online» в «Мириад Рус», иностранцы владеют акциями «Нижнекамскшины» с 2007 года, но пакет менялся. Vulpes Russian Opportunities Fund, несмотря на 6-процентный пакет, до сих пор не фигурирует в отчетности «Нижнекамскшины». Последнее объясняется просто: вместо него в отчетах фигурируют депозитарии, которых российские журналисты принимали за реальных акционеров – это UBS AG и Citigroup.
«VROF – иностранный фонд, инвестирующий в прибыльные российские компании, – говорит Федорова о своих клиентах. – Для получения дивидендов он отслеживает в них ситуацию». Как сообщили «БИЗНЕС Online» в «Мириад Рус», иностранцы владеют акциями «Нижнекамскшины» с 2007 года, но пакет менялся. Vulpes Russian Opportunities Fund, несмотря на 6-процентный пакет, до сих пор не фигурирует в отчетности «Нижнекамскшины». Последнее объясняется просто: вместо него в отчетах фигурируют депозитарии, которых российские журналисты принимали за реальных акционеров – это UBS AG и Citigroup.
Корреспонденты «БИЗНЕС Online» изучили опубликованную квартальную и годовую отчетность «Шины» за последние шесть лет. Оказалось, что депозитарий VROF – швейцарский UBS AG – появляется впервые в годовой отчетности 2007 года. На ее балансе тогда числился пакет в 1,558% акций. В 2008 году по годовой отчетности пакет вырос до 6,598%. Но уже по итогам 2010 года UBS не оказывается в числе акционеров, но появляется Bank of New York Mellon с 2,89%. В 2011 году вновь в годовой отчетности появляется UBS AG с 6,598%. 8 сентября 2011 года швейцарцы на своем балансе фиксируют только 0,48%. Зато с 2012 года в отчетности появляется Citigroup Global Markets Limited (КБ «Ситибанк») с долей УК в 5,911% и числится до сих пор.
КРИЗИС ОСТУЖАЮЩИЙ
Корреспонденты «БИЗНЕС Online» ходе своего расследования выяснили, кто же стоит за загадочным фондом с Каймановых островов. Согласно публикациям в западной прессе, Vulpes Russian Opportunities Fund является одним из пяти фондов, которым управляет международный инвестфонд Vulpes Investment Management. Компанию с говорящим названием (vulpes с латыни – «рыжая лисица») в 2011 году создала команда закрывшегося крупнейшего сингапурского хедж-фонда Artradis Fund Management. Последний создавали двое – Ричард Маджидес (Magides) и Стивен Дигл (Diggle).
Стивен Дигл – один из создателей зарегистрированного на Каймановых островах Vulpes Russian Opportunities Fund
Дигл рассказывал Bloomberg News, что в 2007 и 2008 годах фонд Artradis зарабатывал для клиентов около $3 млрд., но в последующие годы портфель фонда, вошедшего в штопор с началом кризиса, полегчал с $5,4 млрд. до $800 миллионов. Отрицательная доходность на протяжении последних двух лет в итоге привела к закрытию фонда. После закрытия Artradis Fund Дигл заявил о желании открыть другой фонд.
Некоторые подробности нового проекта под названием Vulpes Investment Management он рассказал корреспондентам Bloomberg в мае 2011 года.
По его словам, на базе семейного офиса была создана новая компания – Vulpes Investment Management, которая оказывает услуги доверительного управления. В нее вошли два фонда, которым управлял закрывшийся Artradis – Russian Opportunities (именно этот фонд владеет акциями «Нижнекамскшины») и Testudo funds. Начальные инвестиции в фонд составили $30,5 млн., из которых $30 млн. – это деньги новых партнеров фонда. Управляющим Vulpes был назначен бывший исполнительный директор Rabobank Берт Вердиккио. Портфель фонда на 1 апреля 2011 года составлял примерно $175 миллионов. Говоря о Russian Opportunities Fund, Дигл утверждает, что он вырос на 75% с января 2007 года, когда только был запущен.
По его словам, на базе семейного офиса была создана новая компания – Vulpes Investment Management, которая оказывает услуги доверительного управления. В нее вошли два фонда, которым управлял закрывшийся Artradis – Russian Opportunities (именно этот фонд владеет акциями «Нижнекамскшины») и Testudo funds. Начальные инвестиции в фонд составили $30,5 млн., из которых $30 млн. – это деньги новых партнеров фонда. Управляющим Vulpes был назначен бывший исполнительный директор Rabobank Берт Вердиккио. Портфель фонда на 1 апреля 2011 года составлял примерно $175 миллионов. Говоря о Russian Opportunities Fund, Дигл утверждает, что он вырос на 75% с января 2007 года, когда только был запущен.
О личности Дигла известно, что он на рынке ценных бумаг и деривативов с 1986 года. До создания фонда Artradis работал на руководящих должностях в Гонконге и Лондоне в подразделениях Salomon Brothers и печально знаменитых Lehman Brothers, после крушения которого мир захлестнул кризис.
С чем столкнулась «Нижнекамскшина» – с миноритариями, которые отстаивают свои права, или же налицо злоупотребление правом? Газета «БИЗНЕС Online» спросила мнение экспертов, не стоит ли за этими разбирательствами попытка продать свой миноритарный пакет владельцу фирмы-эмитента по «хорошей» цене, так называемый гринмейл (greenmail — дословно, «зеленая почта»). По оценке экспертов, 4,9 млн. обыкновенных акций «Нижнекамскшины» в настоящее время оцениваются в сумму порядка $3 — 4 млн., хотя несколько лет раньше могли стоить $5 — 6 миллионов.
Тимур Сабитов – директор департамента гражданского права юридического агентства ЮНЭКС:
— По существу, лицо, обладающее небольшим количеством акций, может претендовать только на получение соответствующей части дивидендов. Для того, чтобы влиять на деятельность общества, миноритарные акционеры вынуждены объединяться с иными обладателями акций. В зарубежной практике такой опыт имеет достаточно широкое распространение.
Грань между защитой прав таких акционеров и злоупотреблением этими правами достаточно тонкая, но однозначно сказать, являются те или иные действия злоупотреблением, достаточно сложно.
Грань между защитой прав таких акционеров и злоупотреблением этими правами достаточно тонкая, но однозначно сказать, являются те или иные действия злоупотреблением, достаточно сложно.
Подробнее: http://www.business-gazeta.ru/article/81394/
