Реформа пенсионного обеспечения в России расширила возможности наших граждан достойно встретить старость. Государство, гарантируя каждому получение пенсии по старости, создало механизм негосударственного пенсионного обеспечения. Ни для кого уже не секрет, что о размере пенсии можно позаботиться и заранее, задолго до выхода на заслуженный отдых. Для этого достаточно заключить договор с негосударственным пенсионным фондом и регулярно производить пенсионные взносы. Зачастую заботу о пенсионном обеспечении берет на себя предприятие: само заключает договоры негосударственного пенсионного обеспечения, само выплачивает пенсионные взносы. Негосударственное пенсионное обеспечение становится неотъемлемой составляющей так называемого социального пакета, предоставляемого работодателем. И все больше предприятий включают условие о таком обеспечении в коллективные договоры. Причем выгода очевидна для обеих сторон: работник знает, что при выходе на пенсию он будет материально обеспечен, а работодатель получает дополнительный инструмент для создания прочного, стабильного коллектива.
Создание и развитие системы негосударственного пенсионного обеспечения подкреплено российской Конституцией, где указано, что создание дополнительных форм социального обеспечения поощряются. Однако, к сожалению, не все государственные органы понимают и принимают этот принцип. Нередко предприятия, создающие для своих работников программы негосударственного пенсионного обеспечения, становятся жертвами, заложниками своих добрых начинаний.
В первую очередь, следует сказать об ущербности российского законодательства. Конституционный принцип получил в законодательстве такое кривое воплощение, что говорить о поощрениях не приходится. Тому пример последние изменения в Налоговый кодекс, вступившие в силу с начала этого года. Вроде бы и видно, что законодатель хотел улучшить положение, как самих негосударственных фондов, так и корпоративных вкладчиков, да вот изложил все таким, простите, не по-русски корявым языком, что вся польза обратилась во вред. Вот уж воистину: хотели как лучше, а получилось как всегда. И если в правовом поле не все гладко, то, что и говорить о применении такого «корявого» права.
Вторую проблему на пути развития негосударственного пенсионного обеспечения нередко создают исполнительные органы государственной власти. И это утверждение в первую очередь относится к налоговой службе, которая в последнее время в каждом налогоплательщике видит уклониста, недоимщика. Добрались и до негосударственного пенсионного обеспечения.
Так, в начале прошлого года налоговая инспекция (тогда еще инспекция) провела выездную проверку одного из предприятий нашей республики. Предприятие это заключило договор с одним из негосударственных пенсионных фондов и вносило пенсионные взносы на солидарный пенсионный счет (поясним, что есть два основных вида пенсионных схем, при которых пенсионные взносы вносятся либо на именные счета работников либо на солидарный счет предприятия, из которого средства выделяются конкретному работнику уже после выхода на пенсию). Налоговики усмотрели, что в данному случае предприятие недоплатило в бюджет единый социальный налог, который, дескать, должен уплачиваться с сумм пенсионных взносов в негосударственный пенсионный фонд. Как обычно, фискалы потребовали наряду с суммой налога добровольно уплатить набежавшие пени и штраф (причем немалый).
Предприятие с таким положением дел мириться не собиралось и обратилось за помощью в наше агентство. Налоговый спор перерос в судебную тяжбу. В первой инстанции специалистам юридического агентства «ЮНЭКС» удалось убедить суд в неправомерности действий налогового органа, и Арбитражный суд Республики Татарстан признал решение налоговиков незаконным. Однако представители налоговой инспекции не хотели успокаиваться на этом и добились пересмотра решения. В конце прошлого года Федеральный арбитражный суд Поволжского округа принимает абсолютно противоположный судебный акт: решение суда первой инстанции отменить. Тем самым кассационная инстанция признала решение налоговиков о доначислении ЕСН правомерным.
Кассационный суд не принял во внимание ни то, что по Налоговому кодексу единый социальный налог уплачивается только с сумм, которые выплачиваются в пользу работников, ни то, что налоговая база должна быть исчислена по каждому работнику отдельно. Между тем, договор предприятия с негосударственным пенсионным фондом с зачислением пенсионных взносов на солидарный пенсионный счет предполагает, что сумма, которая будет выделена в качестве пенсии конкретному работнику только при достижении пенсионных оснований. То есть средства поступают на солидарный счет обезличенно, а не для конкретного работника, а значит никак нельзя выделить ту часть пенсионного взноса, которая приходится на каждого работника. Тем более, что работник в любом случае не получает эти суммы непосредственно, ведь по законодательству о негосударственных пенсионных фондах пенсионные взносы являются собственностью фонда. Право собственности возникает лишь на пенсионные выплаты, которые работник получает уже после выхода на пенсию. Кроме того, специфика пенсионных схем с внесением взноса на солидарный счет позволяет учитывать такой момент как, к примеру, увольнение работника до наступления пенсионного основания. Естественно, в таком случае работник лишается права на корпоративную пенсию. Суд пошел, как говорится, напролом и, формально истолковав нормы права, придал им тот смысл, который, по сути, противоречит как конституционным основам негосударственного пенсионного обеспечения, так и основам налогообложения, заложенным в Налоговом кодексе.
Значение этого спора на самом деле носит не индивидуальный характер, напротив, выводы суда могут распространиться теперь на все организации, которые делают взносы в негосударственные пенсионные фонды в пользу своих работников и при этом не начисляют ЕСН на эти суммы (а таких организаций не одна и не две). Налоговики, вооружившись «санкцией» кассационного суда, пойдут по всем предприятиям Поволжского региона с уверенностью в положительном исходе. Фактически, такая перспектива ставит под угрозу дальнейшее существование негосударственного пенсионного обеспечения: мало того, что менеджмент предприятия высвобождает часть средств для дополнительного социального обеспечения работников, так еще государство будет требовать уплаты с этих сумм налога (напомним, что базовая ставка ЕСН установлена с этого года в размере 26 процентов). Кому это может понравиться?
От сложившейся ситуации не выигрывает никто, кроме самих налоговиков, рассчитывающих распотрошить «открытую кормушку». Пострадают, во-первых, сами предприятия, которым придется доплатить налоги, пени и санкции. Во-вторых, работникам теперь вряд ли придется уповать на милость работодателей, поскольку при всей очевидной невыгодности затеи, от нее, вероятно, многие будут вынуждены отказаться. И, кроме того, в складывающейся ситуации рискуют потерять и негосударственные пенсионные фонды: отток корпоративных клиентов негативно скажется не только на каком-то отдельно взятом фонде, но и затормозит развитие системы негосударственного пенсионного обеспечения в целом. Как-то не вяжется все это с конституционным «поощрением», не правда ли? После таких судебных актов становится особенно понятно, почему Фемиду – богиню правосудия – изображают слепой.
Более того, такая недальновидная политика налогового органа и суда в конечном итоге приводит к тому, что основной ущерб причиняется самому государству, в защиту интересов которого выступали эти органы по данному спору. Дело в том, что крупные инвесторы жестко отслеживают не только ситуацию на рынке, но и уровень правовой защищенности бизнеса в том или ином регионе. Этот уровень складывается из многих составляющих, основной из которых является система правосудия. Вообще правосудие строится на балансе частного и публичного интересов. И если правосудие в том или ином регионе явно склоняется в пользу удовлетворения публичных интересов, то инвесторы с опаской относятся к вложению капиталов в данный регион, отдавая предпочтение регионам с более «мягким» правовым климатом. Естественно, что от этого страдает в первую очередь бюджет региона, который теряет потенциальные капиталовложения и налоги. Следует отметить, что постановление, вынесенное Федеральным арбитражным судом Поволжского округа, выбивается из общего ряда судебных актов по аналогичным делам, а значит инвестиционная привлекательность Поволжского региона и, в частности, Республики Татарстан получила большой минус.
Постановление суда приобретает еще большую абсурдность, когда встает вопрос о его исполнении. Да, в постановлении указана общая сумма налога, которую следует уплатить. Однако для уплаты ЕСН предприятие должно определить налоговую базу отдельно для каждого работника, ведь от этого напрямую зависит и та ставка налога, которая подлежит применению. А это, как мы уже отмечали выше, невозможно.
Между тем, специалистами юридического агентства «ЮНЭКС» была инициирована процедура пересмотра в порядке надзора указанного постановления суда, соответствующее заявление от имени предприятия было направлено в Высший Арбитражный Суд РФ. Надо сказать, что высшая судебная инстанция далеко не каждое дело принимает к рассмотрению, однако совсем недавно из Москвы пришло определение ВАС о принятии заявления к рассмотрению и возбуждении надзорного производства. А это значит, что появился еще один шанс добиться восстановления справедливости. Однако это всего лишь первая ступень на пути к высшему правосудию. Высоким судьям еще предстоит определиться с вопросом о возможности передачи дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ, который и должен поставить последнюю точку в этом споре. О результатах рассмотрения дела читатели ВиДа узнают из первых рук.
