На недавнем заседании Генеральной ассамблеи Всемирной ассоциации инвестиционных агентств (WAIPA), проходившей в Женеве, Татарстан в лице своего Агентства инвестиционного развития был выбран в качестве директора WAIPA по Восточной Европе. Данное событие — больше политическое, чем экономическое: эксперты, а также крупные бизнесмены и промышленники таким образом признали заслуги республики в деле улучшения инвестиционного климата стран Восточной Европы в целом и России в частности.
Точка притяжения
Татарстан, по данным АИР, занимает пятое место среди 83 российских регионов по объему привлеченных прямых инвестиций. По итогам прошлого года эта сумма составила 577 миллионов долларов. Впервые за посткризисный период прямые иностранные инвестиции в регион продемонстрировали положительную (да еще какую положительную) динамику: в 2011 году иностранные инвесторы вложили в экономику Татарстана 100 миллионов долларов.
Объективных причин, по которым инвестор просто-таки обязан рваться в Татарстан, множество. Это и выгодное географическое положение региона, и развитость транспортной и логистической инфраструктуры, и близость основных рынков сбыта (восемь из 11 городов-миллионников находятся в радиусе до 1000 километров от Казани).
Порядка 65 прямых инвестиций, пополнивших портфель республики в 2012 году – это вложения в Особую экономическую зону «Алабуга». Год назад здесь запущен завод по производству каменной ваты Rockwool. Датчане инвестировали в проект около 180 миллионов долларов. В мае на территории ОЭЗ открылся завод компании «Эр-Ликид», производящий кислород и азот. Французская сторона вложила в строительство предприятия около 35 миллионов евро. Почти в десять (!) раз больше в строительство завода по производству автостекол инвестировала турецкая компания (лидер в своей стране по производству автостекла) «Тракья Гласс Рус».
Под конец минувшего года Минэкономразвития РФ была удовлетворена заявка на получение статуса резидента ОЭЗ от компании «Хайджен Технолоджи» (учредитель – бельгийское АО «Drylock Technologies NV»), которая планирует построить на территории «Алабуги» комплекс по производству гигиенических товаров и стерильных медицинских материалов. Общий объем заявленных инвестиций – 1,15 миллиарда рублей. Примечательно, что «Хайджен Технолоджи» зашла на «Алабугу», не сумев договориться об условиях работы с руководством соседнего с Татарстаном региона. В итоге руководством компании было принято решение свернуть бизнес там, с тем, чтобы заново его построить здесь.
Наконец, в скором времени список резидентов «Алабуги» должен пополниться компанией KICKER — лидером на рынке автомобильных замков и акустики («держит» 28 процентов мирового рынка). Определенную заинтересованность, по информации Агентства инвестиционного развития РТ, проявили также китайские автопроизводители «Chery Automobile Co.,Ltd» и «GreatWall Motors».
Поддержите новенького
После нехитрых математических вычислений «всплывает» следующая цифра: на каждого татарстанца, включая младенцев и стариков, в 2012 году пришлось по 150 долларов прямых иностранных инвестиций. Между тем, согласно поставленным программой социально-экономического развития региона задачам, через три года этот показатель должен увеличиться ровно в 10 раз — до 1,5 тысячи долларов.
Реален ли такой скачок? Первый заместитель руководителя АИР РТ Роберт Галиуллин сомневается:
— Странно ожидать, что при прочих равных ваша зарплата через три года будет в три раза больше той, что вы получаете сейчас.
Возможно, авторы программы надеются, что желаемые полторы тысячи долларов на каждого жителя республики будут привлечены благодаря «Алабуге». Да, желающих воспользоваться преференциями, которые получает компания-резидент ОЭЗ, немало. Однако даже содействие со стороны республиканской власти не избавит компании от необходимости проходить процедуры согласований и разрешений на уровне российского правительства: ОЭЗ являются объектами федерального, а не регионального значения. Процесс может затянуться на месяцы.
Неповоротливость российского инвестиционного законодательства считается одним из основных факторов, сдерживающих приток иностранных инвестиций. В том числе — в части, касающейся оформления всевозможных разрешений. В этом плане резидентам ОЭЗ, конечно, легче – они заходят на площадку с развитой инженерной и коммунальной инфраструктурой, причем ничего не платят за подключение к сетям электроснабжения (потенциальному инвестору, желающему закрепиться вне территории ОЭЗ, придется заплатить более чем по шесть миллионов рублей за каждый мегаватт). Подключению, впрочем, предшествует весьма утомительный процесс получения лицензий, разрешений и оформлений.
Чтобы минимизировать последствия субъективного отношения к конкретным предпринимателям и их проектам, вот-вот должна быть запущена электронная программа сопровождения инвестиционных проектов. Суть ее в следующем: если заявка на реализацию инвестиционного проекта (в данном случае речь идет не только об иностранных инвестициях) не прошла тот или иной этап в установленное время, она автоматически переходит в «красную зону». Отследить, на каком этапе находится проект и кто из ответственных за его реализацию на данном этапе «накосячил», сможет любое ведомство и любое должностное лицо (в том числе президент).
— Подобные оболочки уже работают в странах, за несколько лет совершивших инвестиционный прорыв, — уточняет Роберт Галиуллин. – Кроме того, лицо, ответственное за работу программы, будет назначено в каждом ведомстве и министерстве.
Еще одно важное новшество в деле повышения инвестиционной привлекательности региона – принятие и реализация республиканского закона об инвестиционных площадках. Документ был разработан по образу и подобию федерального закона «О зонах территориального развития». Суть – в законодательном закреплении налоговых и прочих преференций (естественно, в пределах полномочий республики) для будущих резидентов, а также предоставление им льготных инвестиционных кредитов под гарантии государства. Что важно: вновь создаваемые инвестиционные площадки попадают в зону компетенции региона, а не РФ. Следовательно, потенциальный резидент будет избавлен от необходимости проходить согласования на уровне федерального правительства. По словам Галиуллина, часть ответственности за воплощение идеи в жизнь ляжет на плечи республиканского инвестиционного совета. В списке которого, напомним, не только чиновники, но и крупные предприниматели.
Небогатый портфель
А вот в части портфельных инвестиций поводов для оптимизма у республики меньше: по итогам 2012 года объем вложений в ценные бумаги предприятий региона оценивается АИР в сумму, ненамного превышающую 170 миллионов долларов.
— Во многом столь скромные показатели объясняются политикой руководства и собственников республиканских компаний, — убежден руководитель Центра перспективных экономических исследований при АН РТ, проректор Казанского (Приволжского) федерального университета по вопросам экономического и стратегического развития Марат Сафиуллин. – Пустить портфельного инвестора – значит быть поставленным перед необходимостью делать бизнес прозрачным для него. А это не в интересах наших промышленников.
Кроме того, доходность наших ценных бумаг отнюдь не располагает портфельных инвесторов к их приобретению. По данным исследования компании «Эрнст энд Янг (СНГ) Лимитед», фонды, специализирующиеся на прямых и венчурных инвестициях, обычно ориентируются на годовую норму доходности не менее 40 процентов, в то время как для портфельных инвесторов этот показатель равен не менее 20 процентов. По итогам 2012 года только три татарстанских компании – «Татнефть», «Нижнекамскнефтехим» и «Казаньоргсинтез» — перешагнули эту планку.
КОММЕНТАРИЙ:
Сабри Тунч Ангылы, консул Турецкой республики в Татарстане:
— Ожидается, что к концу этого года общий объем инвестиций турецкой стороны в РТ достигнет 1,5 миллиарда долларов. В конце 2013 года к реализации на территории «Алабуги» запланированы еще два проекта: завод «Хаят Кимья» по производству бытовой химии, общий объем инвестиций в строительство которого я оцениваю в 200 миллионов долларов, и предприятие группы «Джошкуноз Холдинг», специализирующее на выпуске металлических кузовных деталей для автомобилей. Планируется, что физический объем производства компании составит порядка 180 тысяч деталей, в первую очередь, для татарстанского автомобильного кластера.
Кроме того, определенный интерес для турецкой стороны представляет «Иннополис», объем инвестиций в строительство которого заявлен на уровне трех миллиардов долларов. На данном этапе интерес к «Иннополису» лежит преимущественно в области стройки. Однако я не исключаю, что по мере реализации проекта Турция начнет инвестировать и непосредственно в инновационные технологии. И наиболее эффективным мне видится взаимодействие компаний – будущих резидентов «Иннополиса» с технопарками Турции, которых в моей стране довольно много.
Наконец, потенциально Турция может инвестировать в легкую и пищевую промышленности Татарстана. Однако здесь многое, если не все, зависит от руководства республики, ибо пока, как мне кажется, эти отрасли как области с большим потенциалом правительством и бизнесом, увы, не рассматриваются.
КОММЕНТАРИЙ:
Константин Сидуллин, ведущий юрисконсульт юридического агентства ЮНЭКС:
— Помимо упрощения и сокращения по срокам процедур оформления земельных участков, разрешения на строительство и подключения к инженерной инфраструктуре, для улучшения притока инвестиций необходимо сделать следующее. Во-первых, внести изменения в налоговое законодательство. А именно: «реанимировать» ранее действовавшую инвестиционную льготу, в соответствие с которой до 50 процентов налога на прибыль оставалась у компании в том случае, если эти средства направлялись на модернизацию или расширение производства; освободить от налогов на прибыль, землю и имущество вновь создаваемые компании, осуществляющие инвестиции в новый производственный объект на срок окупаемости, но не более, чем на пять лет; реализовать, наконец, на практике существующий мировой принцип защиты инвестора от негативного изменения налогового законодательства (так называемая «дедушкина оговорка») и распространить его на все инвестиционные проекты.
Во-вторых, необходимо разработать законодательство о венчурной деятельности, утвердить понятия «инновация», «инновационная компания», «инновационная деятельность». А также создать механизм поощрения спроса на инновационные технологии в промышленности, строительстве и сфере услуг. Таким поощрением может, в частности, служить предоставление государственных гарантий и налоговых льгот, компенсация части процентной ставки по взятым кредитам и лизинговым платежам.
В-третьих, пора дифференцировать выдачу виз и приглашений на работу для неквалифицированных рабочих и для научных работников, управленческого, инженерного персонала в целях ускорения данной процедуры для последних.
Наконец, необходимо осуществлять экспертизу нормативно-правовых актов еще на стадии их принятия. Важно предвидеть, как принимаемые нормы способны повлиять на субъекты инвестиционной деятельности.
КОММЕНТАРИЙ:
Марат Сафиуллин, проректор Казанского (Приволжского) федерального университета по вопросам экономического и стратегического развития, директор Центра перспективных экономических исследований при АН РТ:
— Во всем мире показателем инвестиционного благополучие считается отношение общего объема инвестиций к ВВП: если он составляет 20 и более процентов – значит, все неплохо. Так вот, согласно официальным данным Татарстанстата, у нас этот показатель равен без малого 0,25. Казалось бы, можно расслабиться и радоваться успехам. Если бы не одно существенное обстоятельство: порядка 70 (!) процентов всех инвестиций, включая внутренние – это инвестиции в стройку. Главную роль тут, безусловно, сыграла приближающаяся Универсиада. Плюс жилищное, в том числе, индивидуальное строительство. Между тем, стройка – это отрасль экономики, где среди занятого персонала больше всего низкоквалифицированных работников. Строительные материалы тоже традиционны, инновациям здесь не место. Татарстан очень любит ориентироваться на мировую практику. Между тем, она показывает, что в фаворе у инвесторов – прямых, портфельных и внутренних – новые технологии и энергетика. Задаваться вопросом, каковы вложения в эти сферы у нас – бессмысленно.
ВЫНОСЫ:
Объективных причин, по которым инвестор просто-таки обязан рваться в Татарстан, множество. Это и выгодное географическое положение региона, и развитость транспортной и логистической инфраструктуры, и близость основных рынков сбыта (восемь из 11 городов-миллионников находятся в радиусе до 1000 километров от Казани).
После нехитрых математических вычислений «всплывает» следующая цифра: на каждого татарстанца, включая младенцев и стариков, в 2012 году пришлось по 150 долларов прямых иностранных инвестиций. Между тем, согласно поставленным программой социально-экономического развития региона задачам, через три года этот показатель должен увеличиться ровно в 10 раз.
В части портфельных инвестиций поводов для оптимизма у республики гораздо меньше: по итогам 2012 года объем вложений в ценные бумаги предприятий региона оценивается АИР в сумму, ненамного превышающую 170 миллионов долларов.
Неповоротливость российского инвестиционного законодательства считается одним из основных факторов, сдерживающих приток иностранных инвестиций. В том числе — в части, касающейся оформления всевозможных разрешений. В этом плане резидентам ОЭЗ, конечно, легче – они заходят на площадку с развитой инженерной и коммунальной инфраструктурой, причем ничего не платят за подключение к сетям электроснабжения.
Вновь создаваемые инвестиционные площадки попадают в зону компетенции региона, а не РФ. Следовательно, потенциальный резидент будет избавлен от необходимости проходить согласования на уровне федерального правительства.
Создание сайта «Еатек» (2001–2026)
© "Юридическое агентство ЮНЭКС"